donnews.ru

|

СЮЖЕТ
«Гражданская война. Расказачивание». Картина Дмитрия Шмарина
30 января 2019

Расказачивание или геноцид: спустя 100 лет историки спорят, что это было

Пока нет общепринятой методики подсчёта жертв

В Новочеркасске в память о столетии начала так называемого расказачивания состоялся круглый стол с участием казаков, представителей Южного научного центра РАН, Новочеркасского музея истории донского казачества и Южного федерального университета. То, что происходило в тот период на землях казаков, до сегодняшнего дня вызывает споры. До сих пор историки не сошлись ни в масштабах жертв этих трагических событий, ни, собственно, в том, каким термином называть политику советской власти в отношении казачества — расказачивание или геноцид.

Что известно о расказачивании

Датой начала политики расказачивания считается 24 января 1919 года. В этот день Оргбюро ЦК РКП(б), возглавляемое Яковом Свердловым, приняло секретное циркулярное письмо партийным организациям Дона и Приуралья, определившее политику большевиков по отношению к казачеству.

Директива признавала единственно правильной самую беспощадную борьбу со всеми верхами казачества путём поголовного их истребления. В частности, партийным организациям поручалось провести массовый террор против богатых казаков, истребив их поголовно, а также беспощадный массовый террор по отношению ко всем вообще казакам, принимавшим какое-либо прямое или косвенное участие в борьбе с советской властью. Кроме того, большевики должны были конфисковать хлеб и полностью разоружить казаков, расстреливая каждого, у кого будет обнаружено оружие после срока сдачи.

Сразу же после принятия этого циркулярного письма оргбюро ЦК разослало его на места с указанием решительного осуществления всех указанных мер. По мнению доцента исторических наук Трута, «так было положено начало реализации преступной политики террористического расказачивания, вылившегося в геноцид казачества как этносоциальной общности».

Расказачивание, геноцид или стратоцид

Говоря о расказачивании, доктор исторических наук, заведующий лабораторией «Казачество» Южного научного центра РАН, профессор ЮФУ Андрей Венков отметил, что этот процесс начался задолго до большевиков. Так, уже во второй половине XIX века царское правительство внимательно изучало состояние казачьего общества, высказывались идеи изменения социального положения казаков в рамках существующей системы взаимоотношений внутри российского общества. Под «расказачиванием» тогда понимали упразднение сословных льгот и тягот, уравнение его в социально-экономических правах с другими слоями населения, главным образом с крестьянством.

Однако, по словам Андрея Венкова, именно большевики в реализации политики расказачивания впервые применили по отношению к казакам террористические методы.

— Во многом жестокость, с которой большевики подошли к решению «казачьего вопроса» обусловлена тем, что, по мнению идеологов революции, именно казачество мешало расползанию мирового революционного «пожара». Весной 1919 года на места спускают зловещую инструкцию, которая предписывает подвергнуть уничтожению всех казаков и казачек, которые прямо или косвенно участвовали в сопротивлении советской власти. Объектом террора стало бы практически всё население Дона, — рассказал Андрей Венков.

Из доклада профессора следует вывод, что обозначить те трагические события только лишь термином «расказачивание» нельзя. Масштабы жертв, жестокость приговоров, зверства и массовые убийства казаков дают основания определять происходившее самыми жёсткими терминами.

Вопрос лишь в более точном определении — геноцид или стратоцид. По словам Андрея Венкова, казачество является очень сложным, многогранным явлением, и однозначного ответа на вопрос, кто такие казаки — сословие, народ или этнос — нет до сих пор. Отсюда нет и определения политике того периода по отношению к ним.

— Когда мы говорим о ликвидации казачества, термин «геноцид» как таковой достаточно узок. Этот термин прозвучал в правительственных документах по реабилитации репрессированных народов. Но он не покрывает всей этой трагедии, — считает профессор.

Оппонентов у Андрея Венкова в ходе этого круглого стола не нашлось. Однако отметим, что далеко не все историки придерживаются такой точки зрения.

Существует мнение, что террор, свирепствующий по казацким станицам, не имеет отношения к расказачиванию. Этот террор — естественное следствие упорной гражданской войны двух примерно равных по силе противников. Назвать события гражданской войны, несмотря на все сопровождающие такую войну зверства, расказачиванием, неверно, считает профессор Павел Голуб. Притом как с одной, так и с другой стороны фронта гражданской войны были казаки. И в этой гражданской войне с обеих сторон были и децимации, и захват заложников, и непередаваемые зверства.

С этой позицией не согласился благочинный новочеркасского округа, почётный гражданин Новочеркасска протоирей Олег Добринский. Отметим, что он, давая свою оценку тем событиям, был самым конкретным и категоричным.

— Говорить об узкобатальных событиях, когда погибают люди на поле брани, — это одно, а давать оценку массовой гибели женщин и уничтожению детей — совсем другое. Главный признак геноцида — это уничтожение генофонда нации, уничтожение народа, — отметил священнослужитель. — Я думаю, что Нюрнберг — просто курорт по сравнению с тем, каким должен быть процесс над теми, кто осуществлял расказачивание.

Олег Добринский призвал общественность подойти к тем событиям с нравственной и правовой точки зрения и недвусмысленно осудить тех, кто стал вдохновителем и кто реализовывал политику геноцида в отношении казачества.

Масштабы жертв

Последствия гражданской войны и политики расказачивания были очень тяжёлыми. Казачество понесло страшные потери. Жестокие расправы сильно сократили численность казачьего населения.

Однако более или менее точное количество погибших и пострадавших в результате террора неизвестно. Пока не существует даже общепринятой методики подсчёта жертв. Разброс цифр, по разным оценкам, огромен. Одни называют цифру в несколько десятков тысяч погибших, расстрелянных и замученных, умерших от болезней и голода. Другие утверждают, что число жертв геноцида казачества переваливает за 2 миллиона человек.

По некоторым данным, на 1 января 1916 года население Донской области составляло 4 миллиона человек. В 1922 году — чуть более 1,5 миллиона человек. За семь лет оно сократилось на 2,5 миллиона человек, то есть более чем на 60%. Точной статистики по доле в этих потерях репрессированных казаков нет, однако, по оценкам историков, она была немалой.

История расказачивания в народной памяти

Одним из обсуждаемых в современной науке вопросов являются не только сами события расказачивания, но и сохранение исторической памяти о них. В частности, довольно противоречиво отражена история донского казачества в годы гражданской войны в мемориальной культуре.

Доктор исторических наук, профессор, заместитель председателя ЮНЦ РАН Евгений Кринко обратил внимание участников круглого стола на то, что на протяжении длительного времени в мемориальной культуре была представлена лишь одна точка зрения на события гражданской войны — советская. В качестве примера можно назвать памятник Подтёлкову и Кривошлыкову на Троицкой площади в Новочеркасске.

Кстати, именно этот памятник протоирей Олег Добринский назвал идолом и отметил, что ему не место на главной площади казачьей столицы, тем более на месте, где ранее находился православный храм.

По словам Евгения Кринко, лишь в начале 1990-х годов начали появляться памятники и мемориальные доски, повествующие о казаках, которые сопротивлялись советской власти и стали жертвами политики расказачивания. В то же время, по мнению Евгения Кринко, ряд таких памятников повторяет ту самую советскую ошибку — однобокость. Всё чаще общество сталкивается с попытками новой героизации участников Гражданской войны, но теперь уже с другой стороны.

По сути, участники встречи так и не дали ответов на спорные вопросы об эпохе расказачивания. Однако, по мнению присутствующих, такой круглый стол — первый серьёзный шаг в обсуждении тех событий. Ведь на протяжении многих лет тема расказачивания и вовсе была скрыта от общественности. Подобные встречи планируют продолжить и в более широком кругу учёных.

Ксения Егорова

Поделиться

Все комментарии

08:34, 1 февраля 2019 Кириллица

Советская верхушка возымев нужную силу направила ее против Казачества, и никто на круглом столе боясь лишь статей УК не стал упоминать о национальной подоплеке происходящего, хотя они не раз извинялись за террор и якобы оправдывая это тем террором который был по отношению к ним в царское время, такое мое личное мнение

6
10:04, 1 февраля 2019 Username

Надоели уже с этим казачеством

7
11:41, 1 февраля 2019 Борец сумо

Художественное осмысление произошедших трагических событий, приведших к «расказачиванию» и сопутствующих ему, дано в гениальном романе-эпопее Михаила Александровича Шолохова «Тихий Дон». Это поистине монументальное произведение и есть лучший памятник прозошедшей катастрофе, случившейся с донским казачеством, само наличие шолоховского «Тихого Дона» делает бессмысленным, примитивным и даже пошлым все «мемориальные доски», «памятные знаки» и другие рукотворные «символы», которые кто-либо намеревается установить сейчас или вздумает установить в будущем. Нематериальная людская память, передающаяся на генном уровне, сохраняется из поколения в поколение и не нуждается в том, чтобы закреплять её установкой рукотворных идолов или истуканов из бронзы и камня. Пока существует и бережно сохраняется русский язык, и пока новые и новые поколения будут читать созданный гением Шолохова «эпос о донском казачестве в переломное для России время», память о тех трагических событиях будет храниться в сердцах и душах потомков донских казаков и всего российского народа.

2
11:42, 1 февраля 2019 Борец сумо

Другим, безусловно, не столь масштабным, как «Тихий Дон» Шолохова, лаконичным, но не менее ярким по художественной силе памятником тех трагических событий, на мой взгляд, можно считать строки Игоря Талькова: «Бывший подъесаул уходил воевать. На проклятье отца и молчание брата Он ответил "Так надо, но вам не понять" Тихо обнял жену и добавил "Так надо". Он вскочил на коня, проскакал полверсты И как вкопанный встал у речного затона И Река приняла ордена и кресты И накрыла волна золотые погоны. Сильный ветер подул, вздыбил водную гладь Зашумела листва, встрепенулась природа И услышал казак "Ты идешь воевать За народную власть со своим же народом". Он вскочил на коня и молитву прочел И коню до костей шпоры врезал с досады Конь шарахнулся так, как от ладана черт От затона, где в ил оседали награды. И носило его по родной стороне, Где леса и поля превратились в плацдармы, Бывший подъесаул преуспел в той воине И закончил её на посту командарма. Но Природа мудра. И Всевышнего глаз Видит каждый наш шаг по тернистой дороге. Наступает момент, когда каждый из нас У последней черты вспоминает о Боге. Вспомнил и Командарм о проклятьи отца И что Божий наказ у реки не послушал, Когда щелкнул затвор, девять граммов свинца Отпустили на Суд его грешную душу. А затон всё хранит в глубине ордена И вросли в берега золотые погоны На года, на века и на все времена Непорушенной памятью Тихого Дона».

10
Оставьте ваш комментарий

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии

Вход     Регистрация

Вы также можете авторизоваться при помощи популярных социальных сетей: