12,01₽
93,65₽
87,25₽

На рынке страхования жизни ожидается рост на 36-38%

А во всём остальном будет хуже, чем в 2008-м

Николай Галушин (www.insur-info.ru)
Николай Галушин (www.insur-info.ru)

Сложно найти водителя, который пытался получить компенсацию и остался бы доволен действиями страховой компании. Выбивать положенное по закону, как правило, приходится в суде. С другой стороны, страховые компании тоже недовольны существующим положением дел на этом рынке. Каковы перспективы рынка страхования в Ростовской области в наступающем году? За ответами на эти и другие вопросы корреспондент donnews.ru обратился к первому заместителю председателя правления страховой группы «СОГАЗ» Николаю Галушину. Ценность г-на Галушина как эксперта высока: на протяжении многих лет он участвует в разработке федеральных законопроектов в сфере страховых услуг.

— Николай Владимирович, начну с неприятной темы — жалоб на действия страховых компаний. В чём, на ваш взгляд, причина противоречий между страховщиками и покупателями ОСАГО?

— ОСАГО в его нынешнем виде оставляет слишком много возможностей, чтобы такие противоречия возникли. Например, вы едете на машине, останавливаетесь на светофоре, а кто-то сзади в вас врезается. В негодность приходит в лучшем случае бампер. По ОСАГО вы никогда не получите новый бампер, поскольку учитываются степень износа, а значит и сумма выплат, на которые вы рассчитываете, будет меньше. Этот конфликт между клиентом и страховщиком будет до тех пор, пока граждане не начнут страховать свои квартиры и машины добровольно, предварительно оговаривая и закрепляя документально каждую мелочь. К слову, если обратиться к цифрам, то до приятия поправок об изменении тарифов средняя цена договора по ОСАГО составляла чуть менее 3 тысяч рублей, а средние выплаты — 35 тысяч рублей.

— И всё же количество судов какое-то немыслимое, речь идёт не о единичных случаях.

— Не стоит забывать о том, что клиенты нередко пытаются обмануть страховую компанию. Вы же не будете отрицать, что таких случаев нет? Существует определённая процедура определения ущерба, и не всегда это происходит быстро. Но для экспертиз требуется время. С другой стороны, очевидно, что на рынке есть достаточно большое количество компаний, деятельность которых вызывает много вопросов.

— Достаточное количество — это сколько?

— На российском рынке страхования насчитывается около 400 компаний, и поверьте, что если завтра их останется 100, то «отряд не заметит потери бойца». Накал конкурентной борьбы не изменится, поскольку 95% страховых сборов приходится на первую сотню компаний, а оставшиеся 5% делят три сотни компаний. И, так скажем, не всегда этот делёж бывает честным.

В определённой степени появлению таких фирм способствует нынешнее законодательство, так как практически любая компания может получить лицензию на любой вид страхования, вплоть до страхования космических полётов.

— Вы один из тех, кто готовит свои предложения федеральным властям. Какие поправки, на ваш взгляд, необходимы в первую очередь?

— Не скрою, власти нас выслушивают, но, увы, не всегда принимают то, что мы говорим.

— Например?

— У нас был принят закон о долевом строительстве, и в нём обозначены новые требования к застройщикам многоквартирных домов. Теперь застройщик должен предоставлять гарантии, и по закону определены три формы: банковское поручительство, членство застройщиков, которое они сами создают (это, по сути, компенсационный фонд), и договор коммерческого страхования.

— А в чём подвох, благое же дело?

— Не всё так просто. Мы активно боролись с тем, чтобы страхование не было включено в форму обеспечения обязательств застройщиков. Аргументация очень простая: у нас появляется право заключения договора, но не появляется права проверить финансовое положение застройщика. А значит, у застройщика остаётся возможность, получив деньги, потратить их на другую стройку. Если мы несём на себе риски и не можем блокировать злоумышленную деятельность застройщиков, то это не страхование, а профанация.

Поэтому сегодня, несмотря на то, что был принят закон, имеющий социальную направленность, ни одной крупной страховой компании в этом сегменте рынка нет. Мы даже лицензию не стали на этот вид страхования оформлять.

Наглядный пример — ситуация с туроператорами, такая же непрозрачная ситуация. Какой риск мы должны страховать?

— Ростовская область — аграрный регион, и здесь, по идее, должно быть развито агрострахование. Однако, насколько мне известно, ситуация в этом вопросе не очень хорошая. В чём причина?

— Давайте разделим этот вид услуг на страхование урожаев, животноводства и сельхозпереработки. Со страхованием урожаев позиция «СОГАЗа» однозначная: мы этим заниматься не будем. Основных причин тому три: в России нет единых стандартов агротехнологий — раз; нет механизма, позволяющего судам на стадии судебного урегулирования отталкиваться от того, что убыток причинён не из-за природных явлений, а из-за несоблюдения агротехнологий — два; в сфере страхования урожаев имеется неопределённость в терминологии, конкретно, что именно является страховым случаем — три.

Например, есть карта: во сколько трактор должен выехать в поле, сколько следует рассыпать удобрений, сколько должно быть внесено химикатов, в достаточной ли степени ведётся борьба с вредителями, и так далее. Если этого ничего не было и потом урожай не появился, то каким образом можно определить, что именно повлияло не неурожай — засуха или несоблюдение технологий? Если вы прочитаете, что означает термин «засуха», то это температура больше 25 градусов больше 20 дней подряд. А если в один день было 20 градусов, тогда что? Или прошла гроза — надо 20 дней заново считать?

Есть такой термин, по-русски он звучит чудовищно, — «аппетит к риску». Мы спросили себя, хотим ли мы заниматься этим видом бизнеса с учётом всех обстоятельств? И, взвесив все за и против, поняли, что заниматься этим не хотим. Для нас более понятно страхование животных. Но тут тоже не без проблем. Если начинается эпидемия и под карантин попадает весь субъект Федерации, то даже представить себе сложно, какой будет забой животных. При АЧС забивают не только больное животное, а всё стадо. Мы занимаемся этой темой, но очень осторожно. Сегмент, которым мы занимаемся успешно, — сельхозпереработка, мясоперерабатывающие заводы.

— Вы упомянули, что российский бизнес инертен. С чем это связано?

— Как и страхование имущества частных лиц, это во многом связано с менталитетом. Если вы посмотрите на цепочку ценностей, то увидите, что для обычного человека страхование стоит в самом конце. Сначала человек хочет поесть, потом одеться, сходить в кино, а когда появляется излишки денег, он, наверное, потратит их на машину или бытовую технику. А уже потом возникнет желание (если вообще возникнет) застраховать свой дом. Граждане привыкли, что государство должно им помогать. По большому счёту, никто никому ничего не должен, это наша собственность и забота о ней — наши проблемы, кроме тех ситуаций, когда гражданин живёт в доме по соцнайму.

— Сейчас уже можно говорить об итогах текущего года. Как ситуация складывается в Ростовской области?

— В предыдущие два года страховой рынок Ростовской области показывал рост на уровне 13–15%. Однако по итогам этого года наши аналитики прогнозируют падение сборов по нескольким крупным сегментам бизнеса, что приведёт к сокращению общего объёма премий. Снижение объёма поступлений ожидается, в первую очередь, в добровольном медицинском страховании (ДМС), добровольном автостраховании, страховании ответственности.

Сборы по ДМС могут упасть на 25–30% в связи с отказом работодателей от расширения соцпакетов работников. На 14–16%, до 2,4–2,5 млрд рублей, могут сократиться поступления по добровольному автострахованию — автокаско — и добровольному страхованию автогражданской ответственности.

— А это с чем связано?

— Это связано с заметным падением продаж в России новых легковых и лёгких коммерческих автомобилей. За девять месяцев 2014 года продажи снизились на 13%, и тенденция к дальнейшему снижению сохраняется.

Кроме того, заметное падение — до 40% — покажет сегмент добровольного и обязательного страхования ответственности владельцев опасных объектов. Объём сборов ожидается на уровне 142–147 млн рублей. Премии по обязательному страхованию ответственности перевозчиков перед пассажирами могут сократиться на 25–27%, до 66-68 млн рублей.

Несмотря на повышение базовых тарифов, темп прироста сборов ОСАГО по сравнению с показателем 2013 года сократится вдвое. Прирост составит всего 7–9%.

А вот заметного роста — на 36–38% — следует ожидать в страховании жизни. Сборы могут достичь 1,6 млрд рублей.

— А что касается перспектив на будущий год?

— В целом весь российский рынок ожидает проседание. Оно будет длиннее, чем во время кризиса 2008 года, и, на наш взгляд, продлится два-три года.

— Картина не очень радужная. А за счёт чего рынок страхования сможет развиваться?

— Основной драйвер страхового рынка — имущество граждан и жизнь. Это, что у нас не очень развито, в отличие от США и Японии. Я очень надеюсь, что со временем ситуация всё же изменится. И уже есть сдержанный повод для оптимизма: у нас в прошлом году впервые страхование физических лиц в целом на несколько пунктов превысило страхование юридических лиц. Это радует, но стоит учитывать, что во всем мире на страхование физических лиц приходится 90%, остальное — юрлица.

Безусловно, на развитие страхования повлияет и такой фактор, как увеличение страховой суммы по жизни до 500 тысяч рублей. Это произойдёт в апреле, и это можно будет считать началом длительного пути по выравниванию стоимости жизни человека по всем видам обязательного страхования до 2 млн рублей.

— Вы за какой вид страхования — добровольное или обязательное?

— Я за добровольное страхование. Эта моя собственность, и я сам должен решать, что с ней делать. Думаю, что это более позитивная модель. До тех пор, пока нам будут говорить — давай делай, делать будут, но как только контроль ослабнет, всё бросят. Человек сам должен думать о своём имуществе и, если дорожит им, интересоваться, как его сохранить. Есть масса возможностей узнать, как это сделать, достаточно включить компьютер. Я, наверное, должен сейчас сказать, что, кроме как о «СОГАЗе», ничего читать не надо. Но не буду говорить. Откройте, проанализируйте и выберите, что по вкусу.

— В завершение вопрос, может, совсем не по теме, но вы говорили, что спрашивать можно обо всём. Известно, что «СОГАЗ» уже не первый год является спонсором Российской премьер-лиги. Как у вас складываются отношения?

— Для них хорошо, для нас тяжело. Но для нас это имиджевый проект, а не составляющая по бизнесу. Всё удовольствие получает Премьер-лига. Мы это удовольствие оплачиваем. На нынешний сезон контракт с РФПЛ действует.{{voter}}

— Учитывая уровень российского футбола, это довольно рискованные вложения.

— Это политика государства — поддерживать спорт. Мы ещё и межконтинентальную хоккейную лигу спонсируем, и работаем со многими региональными спортклубами.

#