Яндекс.Метрика

В Ростове не могут найти главного архитектора, потому что никто не хочет стать пушечным мясом

Роман Илюгин, бывший главный архитектор Ростова

13047

Роман Илюгин, бывший главный архитектор Ростова
Роман Илюгин, бывший главный архитектор Ростова

Главный архитектор Ростова Роман Илюгин уволился в октябре 2020 года. По факту он не работал с момента ареста в феврале 2019 года. Получается, что уже больше двух лет в городе-миллионнике нет главного архитектора. На прошлой неделе прошла информация, что от безысходности в администрации Ростова решили разделить функции главного архитектора на две должности. Редактор donnews.ru Марина Поюрова спросила у Романа Илюгина: почему пусто «свято место»? А заодно выяснила, что нужно делать, чтобы изменить архитектурный облик Ростова.

— Роман, известно, что областной суд отменил оправдательный приговор и ваше дело передали обратно в Ворошиловский районный суд. Что сейчас происходит?

— В январе этого года по моему делу начались повторные слушания. Повторно — значит, что всё сначала. Назначен другой состав суда, в том числе новый судья. Мы слушали всех потерпевших, потом свидетелей обвинения. Все говорят, что всё было в рамках закона и никаких нарушений не было.

Пока по нашему делу некая пауза. Надеюсь, что скоро суд возобновится. Хотелось бы, чтобы побыстрее всё закончилось.

Справка

Роман Илюгин, будучи главным архитектором Ростова, был арестован в феврале 2019 года. Ему предъявили обвинение в превышении должностных полномочий и халатности. По версии следствия, с 2011 по 2017 год, будучи архитектором Ворошиловского района, он своевременно не выявил и не пресёк нарушения земельного и градостроительного законодательства. Это позволило застройщикам под видом индивидуальных жилых домов самовольно возвести многоквартирные дома коттеджного типа по 12 адресам в зонах для индивидуальной жилой застройки. Роман Илюгин своей вины не признал. В июне 2020 года решением Ворошиловского районного суда Илюгин был оправдан, суд не нашёл в его действиях состава преступления. Затем, после апелляции прокуратуры, Ростовский областной суд отменил оправдательный приговор.

— Как вы для себя объясняете повторное рассмотрение дела?

— Наверное, кто-то из силовиков не хочет признать своё поражение. Это единственное моё объяснение. Краснодарская кассация нам отказала в рассмотрении. Тоже не вдавались в подробности. Если почитать постановление кассационного суда, тоже просто переписано слово в слово то, что написали прокуроры Ворошиловского района.

Роман Илюгин. Фото Город N

— Я знаю, что ваша супруга обращалась к Путину, чтобы он обратил внимание на ваше дело. Это как-то повлияло на ход рассмотрения?

— Я сразу сказал, что это бесполезно. Она предлагала и на «Прямую линию с президентом» обратиться. Но, возможно, это повлияло на общественное мнение, ведь мы с первых дней открыто говорили о моей невиновности.

— Переслушала ваш трек с Бастой и «Кастой». У вас там явное обращение к Кикотю {заместитель генпрокурора России. – Donnews.ru}. От него на этот трек была какая-то реакция?

— А должна была быть? Полная тишина. Я обращаюсь не напрямую к Кикотю, а к Андрею Владимировичу. Это скорее собирательный образ, и всё исключительно для рифмы.

— Вы считаете его инициатором возбуждения уголовного дела?

— Я не знаю. Могу сказать лишь, что не верю в совпадения. Факты таковы: человека назначают сюда — и сначала начинаются гонения на архитекторов в Краснодаре, а потом на архитекторов Ростова. В СИЗО вместе со мной сидел архитектор Краснодара Мазурок. Случайность?

— А зачем Кикотю это надо?

— Люди считают, что во всех бедах, в том числе с обманутыми дольщиками и строительством незавершённых объектов, виноваты архитекторы. Хотя это ничем не подтверждается и ничем не обосновано. Если какой-то застройщик-мошенник кинул людей с жильём, причём здесь архитектор? Непонятно.

Дела архитекторов — для галочки, для отчётности. Они показывают всем: вот мы так боремся и принимаем меры, чтобы защитить обманутых дольщиков. Но на самом-то деле это проблемы не решает.

Вместе со мной, в эту же ночь, посадили сорок застройщиков. Со мной сидел старый дедушка-застройщик. У него объект был на стадии завершения. Он его достраивал, но его всё равно арестовали, потому что люди до сих пор не получили квартиры. Хотя он вкладывал в стройку свои последние деньги.

— Вы уволились в октябре 2020 года. Чем вы сейчас занимаетесь, чем зарабатываете на жизнь?

— Я в поиске работы, так как до сих пор нахожусь под уголовным преследованием. Открыл свою архитектурную фирму, но полноценно заниматься проектной деятельностью не могу. Чтобы заниматься более-менее серьёзными объектами, нужны допуски саморегулируемой организации (СРО). Этот допуск можно получить только при отсутствии судимости. Я такую справку не так давно заказал, в ней указано, что «судимость отсутствует». Но у меня по двум статьям есть преследование. И пока это дело не закрыто, я не могу заниматься профессиональной деятельностью.

— О продолжении музыкальной карьеры задумывались?

— Песня «Годы неправды», в которой я принял участие, была некоммерческим проектом. Возможно, будут и новые треки. Эти навыки нужно восстанавливать, они утеряны.

— В одном интервью вы сказали: «Не надо быть муниципальным служащим — это болото, из которого трудно выйти чистым». Расшифруйте эту фразу.

— Посмотрите на мою ситуацию с судами. По сути, я не сделал ничего, что могло бы возбудить силовиков. Несмотря на это, всё равно возбудили уголовное дело и раскрутили его. В любой ситуации, как ни крути, ты останешься виновным.

— Это касается любого муниципального служащего?

— Да. От самого нижнего звена до самого верхнего.

— С тех пор как вы уволились, в городе-миллионнике нет главного архитектора. Почему? Ведь свято место пусто не бывает.

— Я общался с коллегами, институтскими друзьями... Никто не хочет подставляться. Недавно освободилось место главного архитектора в Липецкой области. А желающих нет. Не хочется быть пушечным мясом.

— Когда в феврале 2019 года прошла череда арестов архитекторов, я не раз слышала «и поделом». Говорили: посмотрите, что в Ростове делается! Как ужасно выглядит город! Людей бесит точечная застройка, полное своеволие застройщиков, отсутствие социальной инфраструктуры в новых микрорайонах. Когда я пыталась объяснить, что это не из-за архитекторов, все удивлялись. Объясните, какова роль главного архитектора города? И считаете ли вы себя и ваших предыдущих коллег ответственными за то, что город так похабно застраивается?

— Здесь несколько факторов. Главное — несовершенство нашего законодательства и местных нормативов.

— У нас же все знают, что не дума принимает решения. Дума только голосует за нормативные акты, разрабатываемые администрацией. А вы как раз работали в администрации. Почему никто не занимается разработкой грамотной законодательной базы?

— Подготовить какой-то нормативный документ — это одно дело. А ты попробуй его потом сопроводи, чтобы он прошёл и был принят.

— На каком этапе мы получаем некачественную нормативную базу?

— Она изначально должна была разрабатываться ещё в начале 2000-х, когда вышел Градостроительный кодекс. Тогда и надо было задумываться о нормативной базе. А у нас, как всегда, ждём, пока гром грянет.

— Как некачественная нормативная база приводит к тому, что город безобразно застраивается?

— Это в последнее время у нас задумались над точечной застройкой. А примерно до 2015 года об этом никто не думал и не говорил. А после появилось выражение «точечная застройка», и начали быстро вносить изменения в документы. Люди, которые на тот момент имели земельные участки, могут строить дальше. И им уже никто не указ.

— Что, на ваш взгляд, сейчас нужно менять, чтобы застройка была комплексной?

— Я почти год не работаю, но знаю, что этот вопрос поднимался и какие-то шаги были сделаны. Застройка многоквартирными домами должна выполняться только через проект планировки и межевания. А этот документ включает в себя нормативы по расчётам обеспеченности всеми социальными объектам.

Ещё я считаю, что в нормативке надо определить требования к фасадам. Они не должны быть разными. Кроме того, необходимо регулировать площадь застройки, этажность, даже материалы кровли.

И всё-таки пока мы будем иметь собственников земельных участков, которые уже получили разрешения на строительство, мы их не остановим никак.

— Вы считаете, что главное — это изменение нормативной базы, и если она изменится, то и город будет выглядеть лучше?

— Конечно.

— Прошла информация, что администрация хочет разделить обязанности главного архитектора и ввести две должности: главный архитектор и глава департамента архитектуры. Прокуратура это не поддержала. А как вам такая идея?

— Предполагаю, это связано с тем, что власти не могут найти главного архитектора. Если произойдёт такое разделение, то, насколько я знаю, главный архитектор станет замом начальника департамента. Это будет вообще абсурд! На эту должность можно будет взять любого студента.

На руководящую должность не могут найти человека, который нёс бы ответственность за всю деятельность департамента, потому что никто из архитектурного сообщества города на эту должность не хочет.

— Правильно я понимаю, что архитекторы с опытом, которые могли бы занять эту должность, есть, но все боятся уголовного преследования?

— Совершенно верно.

— А если эту должность разделить и назвать другим словом, кто-то пойдёт? Опасность же никуда не денется.

— Архитектором может стать человек, который имеет специальное образование, а директором департамента может стать любой, в том числе и бывший силовик. У нас сейчас вот такая тенденция. Мне кажется, что главой департамента в случае изменений штатного расписания может стать силовик.

— Кто в реальности принимает решение о выдаче разрешений на строительство?

— Де-юре решение принимает архитектор, потому что он ставит свою подпись под разрешением на строительство.

— А де-факто?

— Тот, кто стоит выше. Но точно не архитектор. Архитекторы — люди подневольные. Все знают, что не архитектор принимает решение, но в любом случае виноват будет именно он.

— Вы видите, какой-нибудь выход из этой ситуации?

— Честно говоря, нет. Пока механизм местного самоуправления будет работать как сейчас, ничего другого у нас не будет.

Беседовала Марина Поюрова