В российское законодательство нужно внести смертную казнь

Уголовное дело в отношении Будаева возбудят в ближайшее время

Руководитель следственного управления Следственного комитета России по Ростовской области Юрий Попов
Руководитель следственного управления Следственного комитета России по Ростовской области Юрий Попов

Беседа с руководителем следственного управления Следственного комитета России по Ростовской области Юрием Поповым началась с вечной темы — борьбы с коррупцией.

— Юрий Васильевич, о коррупции в России не говорит только ленивый. На борьбу с этим социальным злом отряжены огромные силы, однако по-настоящему «крупной рыбы» не очень много. Попадаются в основном врачи, преподаватели вузов и полицейские, которых, как представляется, ловить несложно. Чем это объяснить?

— На одном из заседаний комиссии по противодействию коррупции правительства области были представлены любопытные результаты опроса. У жителей области спрашивали: где вам больше всего приходится давать взятки? Что примечательно, результаты опроса один в один совпали с итогами работы силовых ведомств: врачи, преподаватели, полицейские. Правда, говоря о полицейских, респонденты уточняли, что имели в виду сотрудников ГИБДД.

Основной вал коррупции отмечается на бытовом уровне, и зачастую граждане сами этому способствуют. Не нарушайте правила дорожного движения, а если нарушили, будьте готовы ответить по закону. Это первое.

Второе: я с вами не соглашусь, что в списке уголовных дел коррупционной направленности, возбуждённых в Ростовской области, нет, как вы говорите, «крупной рыбы». Среди фигурантов есть и должностные лица органов местного самоуправления, контролирующих органов, руководящие сотрудники правоохранительных органов.

— В связи с этим вопрос от жителей Зимовниковского района — об их бывшем главе Викторе Грянникове. Известно, что в районе расследуется уголовное дело, связанное с нарушениями, допущенными при организации конкурса на реконструкцию Дома культуры «Юбилейный», и там фигурируют фамилия чиновников местной администрации. Есть ли среди них Грянников? Если да, то в каком качестве выступает в этом деле экс-глава района?

— Дело было возбуждено по факту дачи коммерческого подкупа в связи с проведением аукциона по выполнению капитального ремонта Дома культуры. В настоящее время все лица, которые к этому причастны, уже установлены. Мы выполнили все необходимые следственные действия, которые позволят нам принять решение о привлечении их к ответственности. Что касается Грянникова, то он допрошен по делу пока в качестве свидетеля.

— Несколько лет назад в выступлении одного из руководителей силового ведомства довелось услышать, что коррупционные преступления очень сложны в расследовании, поскольку слишком много противодействия со стороны подозреваемых, тем более, если речь идёт о больших начальниках. Чувствуете ли вы такое противодействие и в чём оно заключается — в настоятельных просьбах, в угрозах?

— Что касается угроз в адрес следователей, то у меня на памяти всего один случай. Это происходило несколько лет назад, когда у нас в производстве было дело о преступлении коррупционного характера. Тогда нам действительно пришлось обеспечить следователя необходимой защитой.

Коррупционные преступления действительно имеют свои особенности. Обе стороны — взяткодатель и взяткополучатель — преследуют свои выгоды и пытаются завуалировать свои действия под какой-то благовидный предлог. Передача денег происходит сложно, черед посредников, через создание фирм-однодневок и так далее. А если это касается представителей властных структур, то там, поверьте, всё ещё сложнее.

При расследовании любого дела очень важно, как с самого начала была организована оперативно-розыскная работа и что мы получаем на руки. Я имею в виду тот материал, те улики, с которыми предстоит работать.

К тому же в последнее время стало очень модным, как только в поле зрения следователей попадается «большой начальник», кричать во всеуслышание, что это чей-то заказ. Организуются какие-то акции, пишутся многочисленные жалобы на следователей, и нам с этим тоже нередко приходится сталкиваться. Мы понимаем, что от этого никуда не деться — это издержки нашей профессии.

— Юрий Васильевич, в своих выступлениях вы неизменно говорите о расследовании уголовных дел, в которых жертвами выступают несовершеннолетние. А как часто подозреваемыми становятся сами дети?

— В минувшем году в производстве следователей всего находилось более 4 тысяч уголовных дел, из них около 600, где подозреваемыми (обвиняемыми) выступали несовершеннолетние. Характер таких преступлений из года в год неизменен: на первом месте стоят кражи, грабежи, разбои, угоны автотранспорта без цели хищения — когда просто взяли покататься и бросили машину, мотоцикл. Как правило, эти нарушения закона происходят спонтанно, на эмоциях, а следы преступления чаще всего не скрываются.

— Бытует мнение, что дети более жестоки, чем взрослые.

— Немотивированная жестокость действительно имеет место, особенно когда преступления совершаются группой. Но это не носит какого-то массового характера.

— Если говорить о детской преступности в Ростовской области, то она растёт, уменьшается, остаётся на прежнем уровне?

— Несмотря на то, что общее количество преступлений, совершённых несовершеннолетними, продолжает оставаться значительным, в 2014 году отмечено снижение количества преступлений на 11%. В структуре преступности несовершеннолетних отмечается сокращение таких видов преступлений, как разбойные нападения, грабежи, преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков, причинение тяжкого вреда здоровью, изнасилования.

— В продолжение детской темы, но уже, что называется, с другой стороны — со стороны жертв. Каждое преступление в отношении несовершеннолетних вызывает огромный общественный резонанс. Случай с Катей Котченко в Красном Сулине — тому пример. Люди требуют вернуть высшую меру наказания и расстрелять изувера. Юрий Васильевич, лично вы разделяете точку зрения о необходимости возврата смертной казни?

— Я считаю, что смертную казнь в российское законодательство внести нужно. Мне возразят, что это негуманно, что есть вероятность судебной ошибки. Судебные ошибки действительно бывают, и это происходит не только в России, возьмите общемировую практику.

А что касается негуманности, то попробуйте в этом убедить родственников погибших, родителей ребёнка, которого сначала изнасиловали, а потом растерзали. Причём делал это, с позволения сказать, человек сознательно, целенаправленно, с особой жестокостью, и потом ещё пытался скрыть следы.

Смертная казнь — это профилактическая мера: каждый гражданин должен помнить, что его ожидает, если он перейдёт все грани дозволенного. А сейчас он получит 25 лет или пожизненное, и всё равно остаётся шанс, что он рано или поздно может выйти на свободу. Справедливо ли, что детоубийца, серийный убийца или насильник вновь окажется на свободе? Спросите у людей.

— Смерть профессора ЮФУ Вячеслава Смирнова не относится к коррупционным, но имеет огромный резонанс ещё и потому, что в данном ЧП замешан теперь уже бывший судья в отставке, сотрудник областного правительства Валерий Будаев. Известно, что в январе Верховный суд дал согласие на возбуждение уголовного дела в отношении Будаева. Что дальше?

— Действительно, квалификационная коллегия в Москве дала согласие на привлечение его к уголовной ответственности. Мы со своей стороны обратились с письмом в Верховный суд, чтобы нам предоставили официальный ответ, обжаловал ли Будаев это решение. Ответ суда о том, что Будаев решение не обжаловал, уже поступил в следственное управление. Сейчас ожидаем решения председателя Следственного комитета о возбуждении уголовного дела. Мы не исключаем, что расследование уголовного дела будет поручено нам.

— Как быстро это случится, ведь с момента ЧП на Крепостном уже седьмой месяц пошёл?

— Я понимаю вас и граждан, которые негодуют, что в отношении Будаева до сих пор не возбуждено уголовное

дело. Но процедура возбуждения уголовных дел в отношении лиц особого правового статуса, коим и являлся Будаев (судья в отставке), длительная, и без выполнения всех процессуальных моментов, предшествующих возбуждению дела, следствие обойтись не может.

В данном случае следственные органы со своей стороны сделали всё, чтобы в ходе доследственной проверки в максимально короткие сроки собрать необходимые для возбуждения дела материалы.

- А был ли пьян Валерий Будаев? Экс-сотрудник правительства утверждал, что он находился под действием транквилизаторов.

— Каждый ищет свои способы защиты. Свою позицию вправе высказать в том числе и Будаев. Другое дело, что это его утверждение опровергается как показаниями свидетелей, так и в целом собранными нами материалами. У нас нет сомнений в том, что Будаев совершил ДТП в состоянии алкогольного опьянения.

- Уже не секрет, что следствием получены результаты судебно-медицинской экспертизы, в которых отсутствует причинно-следственная связь между телесными повреждениями, полученными профессором в ДТП, и его смертью. Как с учётом этой экспертизы могут быть квалифицированы действия Будаева?

— Действия Будаева с учётом этой экспертизы могут быть квалифицированы как нарушение правил дорожного движения водителем, находящимся в состоянии алкогольного опьянения, повлёкшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, то есть по части 2 статьи 264 УК РФ. Санкция статьи предусматривает наказание до 4 лет лишения свободы. Но я уже говорил и скажу ещё раз: если нам будет поручено расследование этого уголовного дела, мы намерены в целях объективности провести повторную экспертизу в другом медицинском учреждении. В случае экспертного установления причинной связи между ДТП и смертью профессора Смирнова действия Будаева будут переквалифицированы на более тяжкий состав преступления.

#