Я намерен оспорить свою двойку в суде

Конфронтации и мести депутатам не будет

Мэр Таганрога Владимир Прасолов
Мэр Таганрога Владимир Прасолов

На прошлой неделе Таганрогская городская Дума, выслушав отчёт Владимира Прасолова о проделанной в 2014 году работе, поставила мэру неуд. За эту оценку единодушно проголосовали все 19 депутатов, присутствовавших на заседании. Журналист donnews.ru спустя три дня после «исторического» заседания поговорил с Владимиром Прасоловым об оценках, депутатах, отношениях с губернатором, соратниках и кадрах, ещё раз об оценках и снова и снова о депутатах.

— Владимир Александрович, была ли для вас неожиданной оценка депутатов?

— Никоим образом нет. Когда они проголосовали, у меня ничего не дрогнуло и не шевельнулось. Всё ожидаемо и предсказуемо. Я знаю, что в прошлый отчёт (по итогам 2013 года. — Прим. авт.) область задавала вопросы нашим лидерам ещё прежнего созыва: мол, что ж вы неуд не поставили? А сейчас сделали так, чтоб было уже без вариантов. Это оттуда идёт. У меня был разговор с двумя заместителями губернатора. Они мне говорили: ты нам не нравишься, ты нас не устраиваешь, уходи. Предъявлялись аргументы, что город приходит в упадок. Притом, что они там, в области, видят, что многое делается, но не хотят понимать.

Однако спесь у них ушла. Пытались давить проверками, в прошлом году их было 80, и не нашли ничего. Если они готовы использовать противозаконные методы, то это дело их совести. Что касается голосования Таганрогской Думы… Многих депутатов я знаю давно, искренне поддерживал их на выборах, считал, что это нормальные люди. Но когда они стали депутатами, выяснилось, что это не совсем так.

— Поясните.

— Оказывается, Дума работает хорошо, а администрация плохо. Для меня результаты голосования не были неожиданными, потому что, вы видите, начали действовать через депутатов. Сначала меня лишили премии. Дело не в сумме, дело в принципе. Выяснилось, что это не компетенция Думы, вернули. Не саму премию — право распоряжаться премией вернули, а саму премию, конечно, нет, поезд ушёл.

А что касается неуда, то с Думой мы будем судиться. Иск я пока не подавал, но любое решение Думы, имеющее правовые последствия, может быть оспорено в суде. Вот мы это и оспорим.

— У вас с депутатами этого созыва сразу не заладилось?

— После выборов мы со всеми пообщались, все высказали свои мнения и предложения. А потом в Думе на заседаниях депутат Екушевский начал рваться: давайте дадим оценку Прасолову, давайте заслушаем отчёт про то и про это. Я сказал, что отчитываться буду только в установленные законом сроки. В общем, я увидел совершенно других людей. Меня возмущает другое: ведь председатели комиссий, когда выступали, откровенно давали недостоверную информацию, притом что у Спиридонова (председатель комиссии по ЖКХ. — Прим. авт.), что у Доценко (председатель комиссии по градорегулированию. — Прим. авт.) была моя информация о реально сделанном. Я думаю, что это делалось умышленно. Либо они привыкли, что не несут никакой ответственности за свои слова. Вот в чём дело.

— Депутаты полагали, что после этого неуда вы окончательно сложите ручки и перестанете работать. Или что будете мстить.

— Депутаты опасаются… Мне хочется их спросить: ребятки, почему у вас нет других вопросов? Что касается мести, то мести не будет.

За меня проголосовало 55 тысяч человек. За них всех — чуть больше тридцати. Депутаты, мягко выражаясь, должны ещё заслужить уважение. Я знаю и слышал, как проходили выборы, кто что наливал электорату, кто сколько раздавал. Мне люди говорили об этих вещах. Я не ставил перед собой задачи что-то документировать. Конечно, об этом молчат. Молчат о том, как наши депутаты трудились до Думы. Того же Владыкина (бывший замглавы администрации по вопросам городского хозяйства. — Прим. авт.) мне пришлось уволить. Предыдущие депутаты настаивали на его увольнении, тот же Спиридонов. Я работу Владыкина не увязывал со снегопадом, там в его работе было много чего помимо снегопада. Расстались не по статье. А сейчас этот человек, который не решил массу вопросов, «лечит» всех и учит, как надо работать.

— На выступление председателя комиссии Спиридонова вы отреагировали эмоционально, сказали: «Вы несёте ахинею».

— Это не эмоции, а констатация фактов. Если они несли ахинею, что мне нужно было говорить? Председатель комиссии городит глупость и ориентирует всю Думу, он же председатель комиссии. У нас отопительный сезон впервые прошёл без проблем, даже при морозах всё работало нормально, прорывов не было. А нам рассказывают, как всё плохо.

— Является ли прошедшее голосование первым шагом к тому, что через год поставят второй неуд — и всё?

— Такая ситуация вполне возможна. Это зависит от гражданской ответственности, от совести каждого депутата. Если партийная дисциплина у них выше стоит, значит, будет так. Эта партия проиграла на большинстве выборов, которые были в последние годы, и сейчас пытается взять какой-то реванш.

— Как движется процесс лишения администрации полномочий?

— Знаете, я этого никак не почувствовал. Они замахнулись на Конституцию, об этом сказали даже блогеры, которых я никогда не видел и не знаю. Даже блогеры, при всей критике в мой адрес, понимают, что тут область замахнулась на Конституцию.

— Конфронтация с Думой теперь будет?

— Я приходил работать для города. Всю жизнь, работая в спецслужбе, я работал для людей, для страны. А интриги… Господин Екушевский ещё до депутатства пришёл поначалу, предложил услуги, смотрю, парень дело говорит, в некоторых вещах сработал нормально, молодец, спасибо. Зашёл на очистку города, рассказывал мне, что купит технику, вымоет город. Я ему говорю: с удовольствием, мы рады, заявляйся. Заявился. И что? Работает 60-70 человек на улице. Где ещё люди? Где техника, Артём Владимирович? Теперь он в суд пошёл. Я с ним не собирался судиться, мне есть чем заниматься. Ему очень нужно, чтоб у меня было два неуда подряд. Вот этим он занимается.

— Вы не согласны с высказыванием бизнесмена Кирилла Подольского, что каждый следующий мэр в Таганроге хуже предыдущего?

— Каждый руководитель работает в тех условиях, в которых он работает. И о том, какие это на самом деле условия, не знает никто.

— Хорошо, сформулируем иначе. Был бы мэром Федянин, были бы сейчас у Таганрога проблемы? Давали бы ему денег, к примеру?

— Ничего бы ему не давали, его бы не пинали только... А что касается высказывания Подольского, то я спорить с ним не собираюсь — у человека есть своё мнение. Он, кстати, много сделал для города, но бизнес свой не сохранил. Если ты такой умный, почему ты не сохранил свой бизнес? Если я критикую, то критикую за конкретные вещи, а не просто так.

— Разве в ваш адрес не звучит конкретная критика?

— Звучит. Говорят, я провалил строительство детсадов. А на самом деле мы их вытаскиваем. Кто больше всех провалил конкретной работы, тот и критиковал на Думе больше всех. Даже Гревцев (бывший председатель спорткомитета при Федянине. — Прим. авт.) сидел умничал. Ледовый дворец по графику должны были построить ещё при нём, в 2010 году. Зачем вы приобретали оборудование, которое не подходит под этот дворец? Мы теперь нашли способ доделать его, но на это нужно время. Мы говорим, что многодетные семьи получили 62 участка, а нам говорят: да нет, вы им не дали ничего. И пресса захлёбывается: не дали ничего! Мы построили детсады — нам в ответ: да нет, вы ничего не сделали. Вы не дали 16 квартир детям-сиротам. Как не дали? Они в них живут. Нас пытались заставить решить это за счёт местного бюджета, хотя это не городская программа, но в результате область деньги нам отдала. Вот такая конкретная критика.

На муниципальное самоуправление функций набросали дальше некуда. Депутаты задали очень много некорректных вопросов. Например: как вы чистите Таганрогский залив? А залив — это федеральный вопрос, Таганрог в залив не имеет права даже ступить ногой. И с другими вопросами так же, бывает, уже прокурор вынужден встать и сказать: ребята, там и ваша ответственность! Юридическая безграмотность наших депутатов просто потрясающая. У них «почему» звучит тысячи раз, даже на последней Думе на отчёте. Они даже не читали справку, подготовленную к отчёту! Они собрались — и давай спрашивать «почему». Ты ж почитай, там всё написано! Они даже в этом плане сами себя не уважают.

— Давайте пока оставим в покое депутатов и поговорим о губернаторе. У вас какие отношения с Голубевым сейчас?

— У нас практически нет отношений. Сколько я ни пытался записаться на приём, ему докладывают, что я не обращался, что нет никаких записей.

— Ни одной встречи?

— Нет, у нас встречи бывают довольно часто. Он приезжает в Таганрог. Вот, 2 апреля приедет. Разговариваем, что-то я успеваю сказать. Запомнилась встреча с ещё прежним составом Думы за месяц до выборов в 2014 году. Он приезжает, общается с депутатами, а меня на эту встречу не приглашает. Я стою в коридоре и жду выхода губернатора. Это что? Это неуважение к закону. Я пытался и пытаюсь выстраивать отношения. Всё, о чём просил губернатор, я выполнил.

— Депутаты вам подсказали, что налаживать отношения с губернатором входит в ваши обязанности.

— Да, и как сказала депутат Елена Сирота, власть — это иерархическая структура... Ну, если иерархическая, значит, надо уйти от всех выборных вещей. Приняли решение, что будет сити-менеджер, — избирай сити-менеджера. Избрали тех, кого надо, — значит, помогайте, только учитывайте экономическую ситуацию. Есть определённый объём средств, которых надо поделить, а поделить надо поровну, а не так, как кому-то хочется.

— О сити-менеджере. Если ничего другого не произойдёт, то в 2017 году в Таганроге будет избран сити-менеджер. Может пора найти кого-то со стороны? И кого лично вы хотите видеть?

— Пришлые, если не планируют оставаться здесь жить, ведут себя определённым образом — не лучшим для города. Получаются проблемы. Если это будет местный человек, он будет вести себя более адекватно. Я отдал бы предпочтение местному.

— Раз уж зашла речь про недалёкое будущее, кого вы видите председателем Думы в 2017 году? Этот человек точно среди тех, кто поставил вам неуд.

— Можно, я говорить об этом не буду? Моё мнение может этому человеку повредить. С точки зрения полезности для города есть подходящие люди, с точки зрения гражданственности — это уже всё, пройдённый этап.

— Все три года вашего нахождения у руля администрации вас критикуют за подбор кадров. Не считаете ли вы, что подбор кадров нынешний администрации не самый лучший?

— Не буду спорить, со стороны виднее. Но у меня простой подход — каждая команда работает в своих условиях. Та команда работала в хороших условиях, со всем справлялась, почему они не решили ряд вопросов? Пришлось гнаться за уходящим поездом, решать. Капитальное строительство некоторых объектов тянулось годами. Если вы всё это видели, почему не прокредитовались? Не сделали тренировочное поле, ледовый дворец? Таких вопросов я могу задать много. А мы многое сделали. Так мы плохие кадры или нет? При всём при этом, согласен: с кадрами есть проблемы.

— Прокомментируйте увольнения своих бывших первых замов Геннадия Сомова и Олега Деменева. Последний вообще был вашим многолетним соратником.

— Многолетним, да… Сомов сам ушёл. Пришёл ко мне и сказал, что чиновничья работа не для него. Что касается соратника, то объяснить причину увольнения Деменева не могу. Но за полгода до этого с Олегом Николаевичем начали происходить странные перемены. После визитов в Ростов он приезжал такой потушенный. О чём там с ним говорили? Не делился. Были, наверное, какие-то обстоятельства. Пришёл и сказал — я устал. Подставуха, конечно, конкретная это его увольнение. Работала с ним область плотненько.

— Где он сейчас?

— Он работает директором предприятия. Название международное какое-то, но в Таганроге. Физически он в городе, насколько я знаю.

Ещё я хочу про кадры сказать. Я шёл на выборы — у меня не было ни копейки денег, и мы провели выборы практически без денег, на доверии населения. Люди работали за идею. Когда эти кадры приходили работать, попадали под тяжёлый прессинг. Естественно, не каждый выдерживал. Кто-то повернулся и ушёл.

— Теперь вы рассчитываете на нового первого зама Алексея Румянцева?

— В городе всё равно за всё отвечает мэр. Румянцев будет отвечать за то, что в его компетенции. Это очень опытный, толковый, разбирающийся, знающий человек. Эти качества чувствуются. Работал антикризисным менеджером в разных местах и на разных объектах. Он очень перспективный, я считаю.

— Вы в начале разговора говорили, что с вами беседовали два замгубернатора. Фамилии можете назвать?

— Конкретные фамилии не так важны. Последние разговоры были примерно три месяца назад. В этом году не было. В этом году конкретно действуют, как мы видим.

— Вам что-то предлагают взамен, если вы оставите пост?

— У меня нет никого бизнеса, нет ничего, кроме моей военной пенсии. Я прошёл по жизни спокойно, глядя людям в глаза, и по улице хожу спокойно. Люди говорят: мы за тебя голосовали — ты делай, ты обещал – делай. С этой точки зрения я спокоен. Предложения были, как в фильме «Белое солнце пустыни» — хороший дом, хорошая жена, что тебе ещё надо?

— Как вы думаете, будь сегодня выборы, сколько таганрожцев проголосовало бы за вас?

— Когда раз в полгода вбрасывается идея, что Прасолов вот-вот уйдёт, что сейчас его добьют и его не будет, как вы думаете, какое у избирателей может быть мнение?

— Владимир Александрович, вы не будете отрицать, что у горожан — не депутатов, не чиновников правительства, а именно у таганрожцев — тоже есть претензии к работе вашей администрации?

— Приведу пример. Встречался я со старшими домов, там в основном активные женщины. Я им рассказываю, что мы в прошедшем году больше тысячи мест детсадовских организовали. А одна крепкая такая общественница говорит: мне всё равно, что вы там делаете, но если возле нашего дома не сделаете бордюрчик и дорожку не заасфальтируете, то вы плохой мэр.{{voter}}

— Хорошо, тогда скажите: при каких обстоятельствах вы поймёте, что, несмотря на всю вашу правоту, для города будет лучше, чтобы вы ушли.

— Я сильно сомневаюсь, что я если уйду, то Таганрогу сразу станет лучше. Просто начнут говорить, что в Таганроге стало всё хорошо, но денег нет, потому что в других городах и районах всё гораздо хуже.

Александр Марев

Поделиться: