Хоть не расстрелять просят: глава села в Ростовской области отказался извиняться перед оскорблёнными казаками

Donnews.ru разобрался в истории скандала

Валерий Дреер на той самой свалке. Фото donnews.ru
Валерий Дреер на той самой свалке. Фото donnews.ru

Больше месяца назад под постом в Instagram бывшего атамана, а ныне депутата Госдумы от Ростовской области Виктора Водолацкого глава села Самарское Азовского района Валерий Дреер написал комментарий, в котором обозвал казаков сбродом. На чиновника пожаловались в Следственный комитет и прокуратуру, обвинили в разжигании межнациональной розни. При этом сам Дреер уверен, что его спровоцировали, но извиняться и от своих слов отказываться не собирается. История получилась колоритной. Как часто получается в жизни, в ней переплелись сразу несколько резонансных тем: тут и мусорная реформа, и депутаты, которые зачастую не в силах что-то сделать, но громогласно возмущаются тут и там, и угрозы модными  нынче уголовными статьями о всяких оскорблённых. Чтобы разобраться в истории, журналист donnews.ru отправился в село Самарское и выслушал мнение двух сторон.

А началось всё с гигантской свалки

В начале ноября этого года Виктор Водолацкий посетил село Самарское по жалобе казаков по поводу гигантской свалки бытовых отходов. Об этом он написал пост в Instagram, который и возмутил Валерия Дреера. Тот ответил, что неоднократно поднимал перед Водолацким проблему с вывозом строительного мусора, и очень удивлён, что для него это стало открытием. Во время общения с другими пользователям, Дреер и написал тот злополучный комментарий: «Я здесь казаков не вижу и в Самарском поселении этого сброда не будет!».

За оскорблённых казаков юрта села Самарское вступились представители движения «Оплот». Они написали сразу два заявления в прокуратуру и СК, в котором попросили возбудить одно уголовное дело по статье «отравление атмосферы или водных ресурсов, а также совершение иных действий, которые могут вызвать экологическую катастрофу», а второе — «разжигание межнациональной розни».

То пьяными приходят, то на соседей кидаются

Валерий Дреер настаивает на том, что в его комментарии речь шла не о казаках Дона, а о тех людях, которые таковыми себя считают в селе Самарском. Они же, как он считает, его и спровоцировали.

— Когда вы мне позвонили и попросили встретиться, я сомневался: стоит или нет ворошить? А потом подумал, а почему бы нет? Столько грязи на меня вылили. Но мне если честно, всё это надоело уже, — говорит при встрече Валерий Дреер.

По его словам, около трёх лет назад в селе Самарском появился казак из Задонского поселения Георгий Животов. Тот самый, уточняет Дреер, который и показал свалку Водолацкому.

— Пришёл ко мне и говорит, что теперь он казачий атаман новомирского хутора. И будет вместе со своими ребятами у нас патрулировать улицы, учить детей патриотизму. А у меня была информация, что этот человек трижды привлекался к уголовной ответственности. Поэтому я очень удивился, что этот «казак» чему-то будет учить детей, — рассказывает Дреер.

За всё это время помощи от них жители самарцы так и не дождались. Предложили как-то этим задонским казакам, говорит Дреер, помочь школе №2 (носит статус казачьей): траву покосить, деревья побелить. Взять, так сказать, под шефство. Они согласились, но попросили выделить им бензин, велосипед, садовый триммер, так как у них ничего не оказалось.

— Мы выделили, конечно. Как итог — находим одного их казака пьяным, валяющимся на полу рядом с нашим имуществом. Мой заместитель поехала, разбудила его и забрала велосипед. А он ещё на неё потом заявление в полицию написал. Это стало последней каплей. Честно, боюсь иной раз слово лишнее сказать. В общем толка от них никакого,  — рассказывает Дреер.

В разговор вступает председатель собрания депутатов — глава Самарского сельского поселения — Наталья Ильченко. Она также утверждает, что от казаков, конкретно от Георгия Животова и его помощников, помощи не было.

— Я вообще ни разу с ними не общалась. У нас улицы выходят патрулировать пенсионерки, а где они? Когда началась эта история с казаками, жители просили нас поддержать главу,  — говорит Ильченко.

Подполковник в отставке, бывший начальник отделения полиции в Самарском Анатолий Жеребцов рассказывает, что на казаков новомирского юрта постоянно сыпались жалобы за их «неподобающее поведение»: то пьяными в храм приходят, то кидаются на соседей.

— У меня есть свободное время, и я мог бы пойти, например, патрулировать улицы. Но вы меня простите, как я могу называть человека батькой-атаманом, когда я его поднимал пьяным на улице? — говорит Жеребцов.

Валерий Дреер рассказывает, что в селе Самарском есть хорошие ребята, которые хотят стать казаками, но их просто не берут. Вероятно потому, считает Дреер, что если они вступят в ряды казаков, то весь этот беспорядок прекратится.

Обращения на имя главы Азовского района Дреер писал, чтобы хоть как-то «приструнить Георгия Животова», но ответа не получал.

Опешил, когда увидел Водолацкого на месте свалки

Дреер признаётся, что опешил, когда увидел Виктора Водолацкого вместе с Задонскими казаками на свалке. Ссылку на пост в Instagram ему скинули его сотрудники.

— Меня задело. Я ошалел. Я маленько, может, вспыльчивый, и промолчать ведь невозможно было. С Виктором Водолацким мы неоднократно общались на тему того, что строительный мусор в селе Самарском просто некуда вывозить. Как выборы, то он же сразу здесь. Я с ним разговаривал, он знал от меня об этом, — вспоминает Дреер. А вот реакции не было никакой.

Проблемы с отходами, по его словам, начались после того, как приняли мусорную реформу. Единственную свалку в селе Самарском закрыли, и весь мусор обязали  свозить на Новочеркасский МЭОК. Но это же далеко и дорого, говорит Дреер, и вместо этого мусор стали свозить в посадки. Позже с бытовым мусором всё же порядок навели, а вот строительный так и остался.

Валерий Дреер. Фото donnews.ru
Валерий Дреер. Фото donnews.ru

Региональный оператор по обращению с ТКО отказался этим заниматься из-за отсутствия техники. Но в конце октября соглашение с оператором всё же было подписано. Правда, цена за вывоз мусора просто неподъёмная — 18 тысяч рублей за один «Камаз». Тем более, для жителей хутора, у которых средняя зарплата 15 тысяч рублей. По словам Дреера, проблема с мусором есть во всех хуторах Азовского района, в том же Задонском, но почему-то Георгий Животов привёз Водолацкого именно в Самарское.

— А поехали они сюда, чтобы наказать меня. Ведь я этих казаков здесь не признал. И никогда не признаю. И в комментариях сбродом я назвал только тех казаков, которые были на снимке. А про меня уже гадости пишут. Ну вот мой сынок в казачьей форме{показывает фотографию на телефоне. — Donnews.ru}. И что я против своего сына пойду? — спрашивает Дреер.

Хорошо, хоть не расстрелять просят

Валерий Дреер показывает больше 20 писем, которые пришли на имя губернатора Ростовской области от казаков из Эстонии, Финляндии, Карелии, Калининграда, Забайкалья и даже от верховного атамана «Союза Казаков-Воинов России и Зарубежья» Николая Дьяконова. Все они начинаются примерно так: «Казаки возмущены недостойным высказыванием в медиапространстве...» и заканчиваются: «..не достоин занимать должность главы и должен принести публичные извинения». Валерий Дреер уверен, что все письма — дело рук одного человека.

Одно из писем
Одно из писем

— Они же все под копирку. Нервы помотали конкретно. Хорошо, что хоть расстрелять не просят. Извиняться ни перед кем не собираюсь. Ещё хоть тысячу раз так могу сказать, — говорит Дреер.

На вопрос о том, боится ли он уголовного наказания, отвечает — нет. По словам Дреера, он всю жизнь прожил в тайге, работал на вездеходе, да чего уж там, на зверя ходил. И эта история с казаками, говорит Дреер, такая мелочь.

— Все мы прекрасно понимаем, что казачество — это не народ, а сословие, как крестьяне, купцы, духовенство. Поэтому о каком уголовном деле может идти речь? В полиции не нашли состава преступления. В прокуратуру меня вызывали на допрос, но и там все всё понимают. Я прав на все 100%, — говорит Дрееер.

Из правительства к нему тоже никто не обращался. Чиновнику известно, что глава Азовского района Александр Палатный за него заступался перед кем-то из области.

Валерий Дреер считает, что, вероятнее всего, он просто стал кому-то неугоден. Ведь он представитель партии «Справедливая России», и поэтому вообще не должен был быть в кресле главы.

А земля-то федеральная

Та самая свалка находится примерно в пяти километрах от центра села Самарского. Проехать до неё можно разве что только на спецтранспорте или внедорожнике. Как оказалось, земля эта — территория бывшей ракетной части и принадлежит военным. А это значит, что муниципалитет отношения к ней вообще не имеет.

В озеро сливают нечистоты. Фото donnews.ru
В озеро сливают нечистоты. Фото donnews.ru

В день приезда журналиста donnews.ru в Самарское мусора на месте уже не оказалось. По словам Дреера, несколько недель назад вместе с фермерами они навели здесь порядок и вывезли тонны строительных отходов. Хотя, по-хорошему, он даже не имеет на это права.

— Я попросил Минобороны передать нам эту землю. Мне нужно разрешение на рекультивацию. А то сейчас начну что-то делать, и потом меня же и обвинят. А так я всё бы здесь перерыл, чтобы заехать больше никто не мог, — сетует Дреер.

Там же рядом находится карьер и озеро, в которые сливают нечистоты, различные отходы. Как-то раз в этом дерьме застрял один на спецтранспорте, говорит Дреер. Его поймали и оштрафовали.

— Сумма смешная — 2 тысячи рублей, по закону больше нельзя. И как вы думаете, это их остановит? — спрашивает Дреер.

Военные, как оказалось, и не против передать землю. Представители управления имущественных отношений Минобороны, которые вместе с Дреером посетили место свалки, попросили его направить им письмо.

За оскорбление чести и достоинства Дреер ответит

Оскорблённые казаки настаивают на том, что Валерий Дреер должен ответить за свои слова. И надежда у них на правоохранительные органы. Как оказалось, ни атаман Всевеликого войска Донского Виталий Бобыльченко, ни региональные власти на инцидент не отреагировали.

По словам председателя совета общественного движения «Оплот» Валерия Бовы, у Георгия Животова есть документы, подтверждающие, что он активно участвовал в жизни села Самарское: занимался с детьми, проводил народные гулянья и так далее.

— Да, был единственный эпизод с тем самым пьяным казаком. Но его в тот же день прилюдно отстегали плётками, а затем выгнали. Глава говорит о том, что у него есть какие-то ребятки, готовые вступить в ряды казаков. Мы готовы были их принять. Но выяснилось, что они вообще не русские, часть — язычники. О каком казачестве может идти речь? — говорит Бова.

На вопрос о том, почему Георгий Животов решил показать Водолацкому именно свалку в селе Самарском, Бова отвечает, что это был очень животрепещущий вопрос.

— Он {Животов — Donnews.ru} ни раз направлял письма в прокуратуру, Роспотребнадзор по поводу этой свалки. В администрации отчитывались каждый раз, что мусор якобы весь убран, — говорит Бова.

Он считает, что Валерий Дреер не должен был так выражаться в соцсетях. А версия о том, что слово «сброд» касалось конкретных людей, вообще не выдерживает никакой критики.

— Если бы человек хотел персонифицировать, то он сказал бы: «я вижу на фотографии таких-то людей». Я думаю, что этим он хотел зацепить Водолацкого, но в итоге получилось, что оскорбил всех казаков. Ряд радикально настроенных казаков высказывали желание лично поучаствовать в этом конфликте. Но мы ребят удержали и убедили держаться в рамках правого поля, — говорит Бова.

В любом случае, по его словам, если Следственный комитет откажется возбуждать уголовное дело по статье «разжигание межнациональной розни», то Дреера можно будет привлечь «за оскорбление чести и достоинства».

В общем, казаки не унимаются и грозят отомстить. Областные власти и правоохранительные органы хранят молчание и наказывать Дреера не спешат. И если эту ситуацию «спустят на тормоза», то есть шанс, что желающих судиться за комментарии в сети станет немножечко меньше.