12,65₽
99,46₽
91,63₽

В суде Ростова два свидетеля по делу Сергея Моргачёва отказались от показаний

Начальнику регионального УГИБДД грозит до 7 лет тюрьмы

Начальник УГИБДД Ростовской области Сергей Моргачёв с адвокатами, фото donnews.ru
Начальник УГИБДД Ростовской области Сергей Моргачёв с адвокатами, фото donnews.ru

Во вторник, 11 апреля, в Советском районном суде Ростова продолжилось рассмотрение уголовного дела начальника УГИБДД Ростовской области Сергея Моргачёва.

Ему вменяется превышение должностных полномочий. Если вина Моргачёва будет доказана, ему грозит крупный штраф или лишение свободы на срок до 7 лет. Поводом к этому стали материалы проверки, проведённой после появления в сети видеоролика, на котором неизвестный в форме сотрудника полиции рассказал, что в новом здании УГИБДД в Ростове на Доватора есть два гостиничных номера, которые якобы отремонтированы за внебюджетные средства, а «спонсорами» выступили подчинённые начальника управления Сергея Моргачёва. По версии следствия, Моргачёв приказал подчинённым за их счёт меблировать гостевые номера в здании управления на Доватора и благоустроить прилегающую территорию. Ремонт обошёлся примерно в 3 млн рублей.

Всего в уголовном деле Моргачёва больше 40 свидетелей обвинения, из которых допросили чуть больше половины.

Часть опрошенных — подчинённые Моргачёва — во время допроса следователя «топили» своего начальника, заявляя, что потратили огромные суммы, чтобы отремонтировать гостиничные номера, и отдавали на это последние деньги из семейного бюджета. На вопрос, почему они не пожаловались в соответствующие органы, полицейские дружно отвечали, что боялись потерять работу.

В суде также выяснилось, что команды о ремонте номеров от имени Моргачёва раздавал начальник контрольно-профилактического отдела УГИБДД Алексей Алексеенко. При этом закупку стройматериалов, техники, мебели и оплату работы должны были финансировать командиры двух донских отдельных батальонов ДПС — Кардашян и Своеволин.

Назначенные «спонсоры» оказались финансово несостоятельными и пошли занимать деньги. Своеволину помогла тёща-предприниматель. Кардашян дал 300 тысяч своих, ещё 2,1 млн рублей принёс его друг и по совместительству подчиненный комвзвода № 2 Михайлов.

В ходе допросов в судебном заседании картина менялась: свидетели не всегда помнили, что они говорили на следствии, страдали от провалов в памяти и путались в числах и обстоятельствах.

Во время заседания 11 апреля двое из пяти свидетелей отказались от ранее данных показаний.

Первым для дачи показаний в зал суда вызвали сотрудника отдела управления регионального ГИБДД Виталия Станюшевского. Он рассказал, что заместитель Моргачёва Мартыненко попросил его выключить видеофиксацию системы видеонаблюдения в здании управления на Доватора, а через несколько дней и вовсе, ссылаясь на поручение Моргачёва, попросил стереть все записи. Прокурор обратила внимание, что ранее он сообщал следователю иные факты — якобы отключить камеры приказал сам Моргачёв. Свидетель отказался от показаний, данных ранее, заявив, что сегодня он рассказал правду.

Также от своих показаний отказалась и бывший начальник отдела пропаганды управления ГИБДД области, а ныне пенсионер МВД Галина Давыдова.

В зале суда Галина Давыдова сообщила, что к моменту переезда ремонтные работы в здании были завершены, а ремонтников не было.

После этого прокурор попросила свидетеля Давыдову вспомнить о субботнике, который проводили в здании и на прилегающей к нему территории. Именно во время субботника Давыдова узнала о гостиничных номерах в новом здании областного УГИБДД.

— Насколько я помню, в здании четыре гостиничных номера, которые мы убирали во время субботника — мои подчинённые мыли в номерах окна. Это обычные комнаты с простыми обоями. Мой кабинет располагался недалеко от номеров. Двери в них были постоянно закрыты, — рассказала Давыдова.

Из общих показаний свидетеля следовало, что она занималась только своей работой, выполняя приказы Моргачёва, который лично курировал работу отдела пропаганды. О том, что происходит за стенами её кабинета, Давыдова не знала, как не знала и о сборе денег для завершения ремонта в гостиничных номерах.

После этих слов прокурор взяла протокол допроса Галины Давыдовой, датированный февралём 2016 года.

— Вы помните, когда вас допрашивал следователь? — спросила у Давыдовой прокурор.

— День не помню, но помню, что на улице уже темнело. Это было после окончания рабочего дня, скорее всего, после 20:00, — ответила Давыдова.

Меж тем на документе было указано, что допрос проходил с 14:00 до 14:50.

Прокурор выступила с ходатайством об оглашении протокола допроса Давыдовой, так как её слова в судебном заседании значительно разнились с тем, что она говорила следователю. Чтение протокола допроса Давыдовой заняло у прокурора несколько минут:

«На момент переезда, насколько мне известно, здание ещё не было принято у его застройщика, и в нём ещё проводились строительные работы. После переезда Моргачёв практически ежедневно обходил здание и, выявляя недостатки, поручал их устранение определённым руководителям, которые его сопровождали во время обхода. Практически всегда в обходе Моргачёва сопровождал Алексеенко, который записывал все поручения. В дальнейшем Алексеенко контролировал устранение всех недостатков.

Моргачёв неоднократно доводил до сопровождавших его при обходе здания сотрудников управления о полном отсутствии финансирования дальнейших ремонтных работ и возможном выделении какой-то суммы в размере более 1 млн рублей на благоустройство внутридворовой территории ГИБДД, а также на закупку мебели. Данную информацию Моргачёв озвучивал неоднократно с момента переезда в новое здание, в том числе и в ходе служебных совещаний.

Примерно с мая 2015 я видела, что в гостиничном комплексе, расположенном на втором этаже здания управления, велись какие-то работы. О том, кем именно производятся работы, я не знала, а знала о них лишь потому, что мой кабинет находится рядом с гостиницей и я видела рабочих.

Вопрос: Какие, по вашему мнению, сложились отношения между Моргачёвым и Алексеенко?

Ответ: В управлении сложилась практика, что Моргачёв практически все свои показания доводил до руководства и подчинённых сотрудников именно через Алексеенко. По моему мнению, отношения между ними были рабочими», — зачитала показания Галины Давыдовой прокурор.

Давыдова запротестовала, заявив, что практически половина того, что прочитала прокурор — это не её слова.

— Это было не мной сказано, а было дописано следователем. Я не согласна практически на 90%, — возмутилась Галина Давыдова и уверила, что подписи в протоколе допроса принадлежат ей, но записанные слова — не её.

Судья, в свою очередь, спросила, какие же показания считать действительными — от февраля 2016 года или на текущем заседании?

— Сегодняшние показания, — уверенно ответила Давыдова.

В ходе судебного заседания были допрошены ещё три свидетеля, показания которых были одинаковыми и в протоколе следователя, и перед судом. Впрочем, их слова, в сравнении с предыдущими ораторами, были не столь значимы для установления истины в судебном разбирательстве.

Следующее заседание назначено на 25 апреля.

#